Чемберлен Х.С. Еврейский вопрос.

Версия для печатиВерсия для печати

Забудем, откуда мы происходим.
Ни слова больше о «немецких» евреях,
ни слова больше о «португальцах»!
Рассеянные по всему миру, мы все равно
образуем один-единственный народ!

Раввин Соломон Липманн-Церфберр.
Речь 26 июля 1806 г. на открытии подготовительного
собрания Синедриона, созванного Наполеоном в 1807 г.

Еврейский вопрос

Если бы я писал сто лет назад, я едва ли бы посчитал необходимым посвящать отдельную главу вопросу о вступлении евреев в европейскую историю. Насколько их участие в возникновении христианства заслуживает внимания из-за проникшего оттуда неарийского духа, настолько и из-за их экономической роли в христианский период было бы достаточного простого упоминания этих вещей, не более. Гердер писал в то время: «Еврейская история занимает больше внимания в нашей истории, чем она хотела бы заслужить». 318 С тех пор произошли большие изменения: евреи играют в Европе и повсюду, где есть влияние Европы, другую роль, чем сто лет назад. По выражению Виктора Хена (Viktor Hehn), мы живем сегодня «в еврейскую эпоху».319 Можно думать о прошедшей истории евреев что угодно, но их современная история занимает так много места в нашей истории, что мы не можем обойти ее без внимания. Гердер, несмотря на свой гуманизм, считал:

«Евреи были и остаются и в Европе чужим, азиатским народом, привязанным к тому древнему, данному ему в далеких землях закону, по их собственному признанию, нерасторжимому с ним».320 Совершенно верно. Но этот чужой народ, вечно чужой, потому что — как метко заметил Гердер — нерасторжимо привязанный к чужому, враждебному всем другим народам закону, этот чужой народ именно в течение XIX века стал несоразмерно важной, во многих областях решающей составной частью жизни. Уже сто лет назад этот свидетель с болью признавал, что «более грубые нации Европы» являются «добровольными рабами еврейского ростовщичества».321 Сегодня он смог бы сказать это большей части цивилизованного мира вообще. Обладание деньгами само по себе — это самое малое. Наши правительства, наша юстиция, наша наука, наша торговля, наша литература, наше искусство... почти все отрасли жизни в большей или меньшей степени стали добровольными рабами евреев и тянут тюремную цепь если не на обеих ногах, то на одной. Упомянутый Гердером «чужак» становился все сильнее. Сто лет назад об этом только подозревали, сейчас это осуществилось, стало видно даже самому невнимательному. Побуждаемые идеальными причинами индоевропейцы дружелюбно открыли Тору: как враг ворвался еврей, атаковал все позиции и установил, не хочу сказать на развалинах, но на брешах нашего истинного своеобразия знамя своей вечно чуждой для нас сущности.

Должны мы поносить евреев за это? Это было бы настолько же неблагородно, как и недостойно и неразумно. Евреи заслуживают восхищения, так как они действовали совершенно в соответствии с логикой и правдой своего своеобразия, и никогда мечтательность о гуманности (евреи участвуют в ней в той степени, насколько она служит на пользу им самим) не заставила их ни на одно мгновение забыть святость физических законов. Видно, с каким мастерством они используют закон крови для распространения своего господства: стержень остается незапятнанным, ни одна капля чужой крови не проникает в него. В Торе записано: «ни один бастард не должен войти в общину Иеговы, даже через десять поколений» (Deuteronornium. XXIII, 2). Тем временем тысячи боковых побегов срезаются и используются для инфицирования индоевропейцев еврейской кровью. Если бы так продолжалось еще пару веков, в Европе остался бы один-единственный народ чистой расы, еврейский, все остальные были бы ордой псевдоеврейских метисов, несомненно физически, умственно и морально дегенеративный народ. Даже большой друг евреев Эрнест Ренан признает: «Je suit le premier a reconnaitre que la race semitique, comparee a la race indo-europeenne, represente reellement une combinaison infe- rieure de la nature humaine».322 И в одной из своих лучших, но, к сожалению, мало известных работ тот же ученый говорит: «L epouvantable simplicite de 1 esprit semitique retrecit le cerveau humain, le ferme a toute idee delicate, a tout sentiment fin, a toute recherche rationelle, pour le mettre en face d une eternelle tautologie: Dieu est Dieu»,323 и далее он поясняет, что для культуры возможно будущее только в том случае, если христианская религия все больше будет «удаляться от духа иудейства» и «индоевропейский гений» будет все больше проявляться во всех областях. То смешение означает, без всякого сомнения, вырождение: вырождение еврея, характер которого слишком чуждый, твердый, сильный, чтобы мог бы быть освеженным и облагороженным германской кровью, вырождение европейца, который в результате скрещивания с «неполноценным типом», я бы лучше сказал с типом иного вида, конечно, только потерял. Пока идет смешивание, большой основной род чистых, несмешанных евреев остается незатронутым. Когда Наполеон в начале XIX века, недовольный, что евреи, несмотря на их эмансипацию, продолжали упорно оставаться в высокомерной изоляции, возмущенный, что они, хотя перед ними теперь был открыт любой путь, продолжали заниматься самым постыдным ростовщичеством, послал свой ультиматум их совету старейшин и потребовал сплавления евреев с остальной нацией, то делегация евреев Франции приняла все предписываемые им статьи, кроме одной — имеющей целью неограниченные браки с христианами. Да, их дочери могут выходить замуж вне израильского народа, но не сыновья. Диктатор Европы должен был уступить.324 Это есть тот достойный удивления основной закон, благодаря которому было создано собственно еврейство. Строго говоря, закон не разрешает никаких браков между иудеем и не иудеем: в Пятой книге Моисея, 7,3 мы читаем: «дочери твоей не отдавай за сына его, и дочери его не бери за сына твоего». Но в общем значение придается только последнему требованию: например, во Второй книге Моисея, 34, 16 только сыновьям запрещено брать чужих дочерей, но не дочерям чужих сыновей, и в Книге Неемии (13), после того как произошло двустороннее запрещение, все же только брак сына с чужой женщиной рассматривается как «грех перед Богом». Это абсолютно правильный взгляд. Брак дочери с гоем не изменяет чистоту еврейского рода, этот род таким образом обретает почву в чужом лагере. Брак же сына с гоем «делает семя святое низким» (как сказано в Книге Ездры, 9, 2).325 Даже переход данной женщины-гои в иудейство ничего не значит: древнему закону понятие такого перехода было абсолютно неизвестно — речь все же идет о физическом происхождении — более новый закон говорит с завидным благоразумием: «Прозелиты для иудейства так вредны, как нарывы на здоровом теле».326 Так сохранялась и так сохраняется еще сегодня чистота еврейской расы: дочери из семьи Ротшильдов вышли замуж за баронов, графов, герцогов, князей, они крестятся. Ни один сын не сочетался браком с европейкой, если бы он сделал это, он был бы исключен из общины своего народа.327

С этими рассуждениями я некоторым образом падаю с дверью в дом. Собственно говоря, они должны быть приведены несколько позднее. Мне хотелось сразу лишить силы замечание, которое, к сожалению, возможно отовсюду, что «еврейского вопроса» не существует, откуда следует, что вступление евреев в нашу историю ничего не значит. Другие вновь говорят о религии: речь идет, утверждают они, о религиозных различиях. Кто говорит это, не замечает, что не было бы иудейской религии, если бы не было еврейской нации. Но она существует. Еврейская номократия (т. е. господство закона) объединяет евреев, рассеянных по всем странам мира, в прочный, единый, политический образ, в котором общность крови свидетельствует об общности прошлого и гарантирует общность будущего. Если некоторые элементы в узком смысле слова не являются чисто еврейскими, то власть этой крови в соединении с несравнимой властью еврейской идеи настолько велика, что эти чужие составные части уже давно ассимилировались. Прошли уже почти два тысячелетия с того времени, когда евреи отказались от своей временной склонности к прозелитизму. Как я уже говорил в прошлой главе, необходимо различать между евреями благородного и менее благородного происхождения. Что соединяет несовместимые части, это (кроме постепенного сплавления) существование их национальной мысли. Эта национальная мысль находит свое выражение в непоколебимой надежде на обещанное Иеговой мировое господство евреев. Наивные «рожденные в христианстве» (по выражению Ауэрбаха в его набросках о Спинозе) полагают, что евреи отказались от этой надежды, но они сильно ошибаются. «Существование еврейства обусловлено сохранением мессианских надежд», — как писал один из очень умеренных и либеральных из них.328 Вся еврейская религия основана на этой надежде. Еврейская вера в Бога, то, что у этого народа можно и также разрешено называть «религией» (так как она (вера) стала источником почитаемой морали) — это часть этой национальной мысли, не наоборот. Утверждать, что есть еврейская религия, но нет еврейской нации, значит просто говорить вздор.329

Вступление евреев в западную историю означает, несомненно, вступление определенного, совершенно отличного от всех европейских народов, противоположного им в определенной степени элемента, элемента, который в то время, когда нации Европы проходили различные фазы, оставался неизменным, который в ходе суровой и часто жестокой истории никогда не поддавался слабости пойти на предложения о братании, но, имея свою национальную идею, свое национальное прошлое, свое национальное будущее, воспринимал и воспринимает и сегодня соприкосновение с другими людьми как осквернение, который благодаря безошибочному инстинкту, имеющему источником строгое единство национального ощущения, всегда мог оказывать глубокое воздействие на других, сами же евреи бывали только слегка задеты нашим духовным и культурным развитием. Чтобы охарактеризовать эту своеобразную ситуацию с точки зрения европейца, необходимо повторить вместе с Гердером: еврейский народ есть и остается чуждым нашему миру народом. С точки зрения еврея это признание содержит несколько отклоняющуюся формулировку. Мы уже слышали ранее, как великий свободомыслящий философ Филон сказал: «только израильтяне являются людьми в настоящем смысле слова».330 То, что еврей высказал здесь нетерпимым тоном расового высокомерия, то же самое высказал великий Гёте любезным способом, оспаривая общность происхождения между евреями и индоевропейцами, как бы далеко в прошлое ее ни относили: «Мы никоим образом не хотим оспаривать у избранного народа честь его происхождения от Адама. Мы другие, конечно, имели и других предков».331

Примечания

318. «Von den deutsch-orientalischen Dichtern». Abschn. 2.

319. «Gedanken iiber Goethe». 3. Aufl., S.40. Без сокращений это место звучит так: «Когда Гёте умер 22 марта 1832 г., Берне считал этот день началом свободы Германии. Действительно, эпоха закончилась, началась еврейская эра, в которую мы живем».

320. «Bekehrung der Juden». Abschbitt 7 («Попытки прошлого века по развитию духовности») («Unternehmungen des vergangenen Jahrhunderts zur Beforderung eines geistigen Reiches»).

321. «Ideen zur Geschichte der Menschheit». Th. Ill, Buch 12, Abt. 3.

322. «Histoire generale et systeme compare des langues semitiques». 5e ed. P. 4. «Я признаюсь откровенно, что семитская раса по сравнению с индоевропейской действительно представляет неполноценный тип человечества». То, что евреи не чистые семиты, но наполовину сирийцы (о чем я скажу ниже), мало что меняет в данном утверждении.

323. «De la Part des peoples semitiques dans 1 histoire de la civilisation». P. 39. «Ужасающее однообразие семитского духа сковывает человеческий мозг, закрывает его от всякого более чувствительного хода мысли, тонкого ощущения, рациональной постановки вопроса, чтобы противопоставить его вечной тавтологии: Бог есть Бог».

324. Об этом знаменитом Синедрионе и его казуистическом разделении религиозного и гражданского закона, разделении, которое не признает ни Тора, ни Талмуд, нужно бы было говорить только во второй книге.

325. Новый дословный перевод профессора Louis Segond звучит так: «загрязняет святую расу смешением с чужими народами». В переводе De Wette это место звучит так: «они смешали семя святое с народами земли».

326. ИзТалмудапоDollinger'y «Vortrage», I, 237. В другом месте Талмуд называет прозелитов «грузом» (см. еврея Phillipson. «Israelitische Religionslehre». 1861. II, 189).

327. Насколько чиста еврейская раса еще и сегодня, показали антропологические исследования школьников Германии, проведенные Вирховом. Ранке говорит («Der Mensch». 2. Aufl., II, 293): «Чем чище раса, тем меньше количество смешанных форм. В этом отношении важен факт, что у иудеев встречается наименьшее количество метисов, из чего можно наиболее наглядно определить их обособление как расы от германцев, среди которых они живут». За прошедшее время измерения в Америке, согласно данным «American Antropologist», ed. IV, позволили сделать вывод, что и там «еврейская раса сохранилась полностью чистой» (цит. по: «Politisch-Antropologischen Revue». 1904. Maerz. S. 1003).

328. Skreinka. «Entwickelungsgeschichte der judischen Dogmen». S. 75.

329. На еврейском конгрессе в Базеле в 1898 г. д-р Мандельштам, профессор Киевского университета, в своей основной речи 29 августа утверждал, что «евреи со всей энергией отвергают вхождение в другие национальности и сохраняют свою историческую надежду (т. е. на мировое господство)» (по докладу одного из участников конгресса в парижской газете «Le Temps» от 2 сентября 1898 г.). Венские газеты от 30 и 31 июля 1901 г. сообщают о речи, которую произнес венский раввин, господин д-р Леопольд Кан, в зале ортодоксальной еврейской школы в Прессбурге о сионизме. В этой речи д-р Кан сделал следующее признание: «Еврей никогда не сможет ассимилироваться, он никогда не примет нравов и обычаев других народов. Еврей остается евреем при любых обстоятельствах. Любая ассимиляция будет чисто внешней». Слова, достойные внимания! В юбилейных письмах к 70-летию А. Берлинера, 1903 г., которые опубликовал некий д-р Фельзенталь, ряд Еврейских тезисов, в которых он энергично защищает тезис, что еврейство — это народ, а не религия. «Еврейство является особым родом, каждый еврей родился в этом роде». Этот род, согласно его словам, «один из этнически самых чистых народов, которые вообще существуют». Фельзенталь высчитал, что со времен Феодосия (Theodosius) до 1800 г. «наверное, даже 300 несемитов не были приняты в еврейский народ». Характерно, что он отрицает право прозелитов считаться полнокровными евреями. «Еврейский народ, еврейский род есть данное, необходимый субстрат, ядро субстанции. Еврейская религия — это неразрывное свойство этого ядра, акциденция, как это называется в философском школьном языке» (я цитирую по специальному выпуску: Берлин, изд. Итцковски).

330. См. с. 223 (оригинала. — Примеч. пер.).

331. Eckermann's GesprSche, 7. Oktober 1828. Этому же учил Джордано Бруно, который утверждал, что только евреи происходят от Адама и Евы, прочие народы — от значительно более древней расы, (см.: «Lo spaccio della bestia trionfante»).

Хьюстон Стюарт Чемберлен. Основания девятнадцатого столетия. В  двух томах. Том I. СПб, 2012, с. 431-436. (Пятая глава. Вступление евреев в западную историю).

Страны: 
Этнос: