Адутов Рафаэль. Татары и башкиры в стране самураев.

Версия для печатиВерсия для печати

Япония, в течение столетий закрытая для иностранцев, лишь в конце 19 века вынужденно – после бомбардировок ряда ее портов пушками американских дредноутов – открыла свои границы. Японцы, в основной своей массе никогда не видевшие иностранцев, удивлялись высоким по сравнению с ними татарам и башкирам, их необычному внешнему виду, поведению.

 Всеобщее изумление вызывали  одетые в халаты коробейники из Поволжья и Урала, на велосипедах въезжавшие на улицы японских деревень и тотчас окружаемые толпой ее жителей.

О количестве татар и башкир в Японии в различных источниках указываются разные данные. Так, например, в «Информации Квантунского жандармского управления о современном состоянии тюрко-татарского национального движения» (23.03.1935) [6] считается, что в Японии их имеется около 2000 человек.  Профессор К.Ивао  (университет Хансей, Япония) [4], ссылаясь на участников круглого стола, организованного профессором М.Тахиром  (22.05.1981г., гор. Анкара, Турция), приводит данные о численности  тюрко-татар  от 600 человек  (по свидетельству Ф. Кильки) до 1000 человек (по свидетельству А.Апаная).

 В то же время представитель культурной ассоциации «Идель-Урал» считал, что количество татар в Японии в 1930-е годы могло достигать 10000 человек. Очевидно, исходя из этих противоречивых данных, президент тюркской общины  Токио г-н Т. Мухит считает, что, в Японии количество мусульман из России в 1920-х годах составляло около 400 человек, а в 1930-е годы увеличилось до 5-6 тысяч [1].

 По свидетельству проф. А.Матсунага  из Фонда Sasakawa (Токио) тюрко-татарские общины сформировались в городах Токио, Кобе, Кумамото[25].

  Мусульмане из Поволжья и Приуралья, в том или ином количестве,  проживают на всех, без исключения, японских островах: от острова Хоккайдо на севере- до острова  Окинава на юге [3].

 Небольшие колонии  (недостаточные для организации общин)  были и в городах Камакура, Кумамото, Ивамотоко, Кавасаки, Каруиц(з)овада (в годы второй мировой войны).

Буквально крупицами собираемая информация  постепенно становится известной широкой общественности. В том числе наименования  эмигрантских организаций,  имена лидеров и их труды. Особое место, среди которых  занимает общество «Исламия», созданная в 1924году и действия которой распространялись на весь Дальний Восток. Получение  прав юридического лица, зарегистрированного органами государственной власти Японии, давало лидерам общества  возможность официального обращения в государственные учреждения. Обществу «Исламия» оказывалось  высокое покровительство многих государственных и общественных деятелей Японии. В связи с этим необходимо отметить особую роль   старейшины японской нации г-на Мицуру Тоояма [4].   

  Известно о противоречивых и сложных отношениях  между джадидистом[16] Гаязом Исхаки (прибывшего в Кобе в октябре 1933г.[25]) и  кадимистом[16]  М.А. Курбангали имевших различные точки зрения на развитие событий в России после, как они были уверены, победы белого движения. В то время как Г. Исхаки считал необходимым создание независимого государства  «Идель – Урал» - М.А. Курбангали был уверен, что развитие народов Поволжья возможно лишь в рамках автономии внутри Российской империи. Можно предположить, что навыки  лидера, способного к организованным и решительным действиям, помогли ему оказывать серьезное противодействие планам Г. Исхаки на Дальнем Востоке. После отъезда Г. Исхаки в Европу единственным лидером  (до возвращения Р.Ибрагима из путешествия по странам Юго-Восточной Азии)  в Японии остается  М.А.Курбангали.

«В 1924 г.,   прибывший с одной  из групп татар в Токио,  Muhammed Abdelhay Kurbangali  собрал всех местных татар под одной крышей и,  при помощи японских властей,  занялся важной общественной, культурной и государственной деятельностью» [7].

Из протокола допроса  Таки Ока Ютака, 1918г.р.,…капитан  Японской армии, бывший нач-к военной миссии  в городе Дайрен:

«Вопрос: Вы знаете Мухаммед ( Г)абдулхая Курбангали?

Ответ: Да, приблизительно с 1944г…мне известно, что в 1930-х годах шла борьба за пост руководителя мусульман, проживающих в Японии.  В этой борьбе наиболее ожесточенное соперничество разгорелось между Курбангали и другим претендентом на пост главы мусульманской церкви Японии  Ибрагимом…» [24].”

 Результатом  разгоревшегося конфликта между М.А.Курбангали и А.Ибрагимом кади, явилось создание японскими властями специальной комиссии министерства Иностранных дел, которая опросив около 15 15 прямо или косвенно связанных с этим делом людей [25], предложив оставить у руководства обществом “Исламия”  Абдулрашида Ибрагима кади, в 1938г.  рекомендовала выслать М.А.Курбангали из Японии.  Местом жительства  определив гор. Дайрен (Даолянь-Дальний)  в Китае и где он со своими дочерьми прожил восемь лет - до своего ареста сотрудниками СМЕРШ  в августе 1945года. Доставленный  в СССР  долгие годы провел в тюрьме гор. Владимира. После освобождения в 1950-х годах проживал, известный местным мусульманам как японский мулла (япун мулласы), в гор. Челябинске на Урале. Умер в полной нищете в 1972г. и похоронен на заброшенном мусульманском кладбище [24]. 

Лидерами общества « Исламия» Японии последовательно были:

 1.Мухаммад (Г) Абдельхай Курбангали (1924-1938гг.); секретарь – Х. Вахап

 2. Хазиахмат Вахап; секретарь – Т.Мухит;

 3.Ахмет Апанай;

 4.Тамимдар Мухит.

Наибольшее количество татар и башкир проживает в городах Токио, Йокогама, Осака, Кобе, Киото, Нагоя. В каждом из них действует отделение махалли «Исламия» («Исламия Токио», «Исламия Кобе» и т.д.)  [2].  

Среди  отделений общества наиболее активным являлось отделение  «Исламия Токио», официальное учреждение которого состоялось в 1924 году.

Имамами отделения «Исламия Токио» поочередно были:

 М.Абдельхай Курбангали (1924-1938гг.);

 Абдулрашид Ибрагим кади (1938-1944гг.);

 Мухамметамин Ислами (1944-1951гг.);

 Шарифулла Мифтахетдин (1951-1967гг.);

 Гайнан Сафа (1967-1984гг.).

После отъезда Мухамметамина Ислами в Египет, старшим имамом стал Шарифулла Мифтахетдин, бывший в 1924-1951гг. заместителем имама Токийской мечети. Ближайший сподвижник М.А.Курбангали -  до землетрясения 1923г., во время которого у него погибла семья (жена и дочь),  живший  в Йокогаме. Переехав в Токио - женился на Раузе Мухит, родной сестре  г-на Т.Мухита.

С 1933г. по январь 1967 года обязанности муэдзина исполнял Гайнан Сафа, ставший имамом после смерти Ш.Мифтахеттина в 1967 году.  Обязанности имама Г.Сафа исполнял до самой смерти в 1984 году. После него имамов из Поволжья и Урала в руководстве обществом «Исламия» не было.    

  В 1938 году  по проекту японского архитектора в городе Токио мусульманами из Поволжья и Урала возводится  мечеть,  на церемонии открытии которой присутствовали государственные и общественные деятели Японии, гости из Индонезии, Китая, принц Сейфуль Ислам аль Хусейн из Египта, Хафис Вахба из Саудовской Аравии и др.[13].                                                             

 

То­кийс­кая ме­четь «Исламия», выст­ро­ен­ная в 1938 го­ду, прос­то­я­ла 48 лет. В 1985 го­ду пос­ле од­но­го из зем­лет­ря­се­ний рух­ну­ли ее сте­ны, в 1986 го­ду она бы­ла окон­ча­тельно ра­зоб­ра­на.

Из пись­ма хад­жи Та­мим­да­ра (То­кио, 27.11.2000):

“...В ию­не 1986 го­да бы­ло при­ня­то ре­ше­ние о ст­ро­и­тельст­ве но­вой ме­че­ти, фи­нан­си­ро­вать ст­ро­и­тельст­во ко­то­рой да­ли сло­во ряд по­сольств ис­ламс­ких го­су­дарств в Япо­нии.  

мечеть

 Мечеть «Исламия» в Токио.

Но из-за на­чав­ше­го­ся эко­но­ми­чес­ко­го кри­зи­са... не смог­ли его сдер­жать. Лишь под­держ­ка пре­зи­ден­та Тур­ции  гос­по­ди­на Су­лей­ма­на Де­ми­ре­ля во вре­мя его офи­ци­аль­но­го ви­зи­та в Япо­нию в ию­не 1996 го­да,  поз­во­ли­ла на­чать ст­ро­и­тельст­во но­вой ме­че­ти в мар­те 1998 го­да и за­кон­чить его 30 ию­ня 2000 го­да” [10].

     Активистами общества «Исламия» были также построены мечети и медресе при них в городах Кобе и Нагоя. Махалля мусульман из России в городе Нагоя состояла «всего из 12 семей и поэтому самостоятельно не могла финансировать строительство мечети». Лишь финансовое участие Гисматуллы хаджи Агрыза, когда он  «со своей семьей  приехал в гости и внес 100 тысяч йен на строительство возобновилось» [19] и   было закончено в январе 1937г.

  Деревянная мечеть в городе агоя сгорела во время второй мировой войны, земля – собственность общества «Исламия-Нагоя» - была продана. После того, как татары и башкиры в годы войны решением властей были переселены из города Нагоя в город Кобе, средства, вырученные от ее продажи, были переданы обществу «Исламия-Кобе».  Мечеть в городе Кобе, сооруженная в 1935 году  (с финансовым участием мусульман из Индии сохранилась до наших дней. [2].

      В 1927 году во время празднования Курбан-байрама происходит встреча соотечественников, после которого основывается  начальная школа[1].  Необходимо отметить, что собрание участников махалли состоялось в доме М.Касима по поводу никаха его дочери Камарии с Закиром Ильматом – беженцем из города Кунгура на Урале, для чего из города Камакура пригласили имама М.А.Курбангали. Гостей было человек около  пятнадцати (Р.А.).

Из пись­ма г-­жи Р. Ла­иш (Стам­бул, 12.2000):

“...Уже пос­ле на­ше­го при­ез­да в Япо­нию в де­каб­ре 1924 го­да, в 1925 го­ду ро­ди­лась Са­ли­са... На­ши­ми со­се­дя­ми бы­ли по­жи­лые япон­цы, они ее очень лю­би­ли. Са­ли­са... рос­ла, об­ща­ясь с ни­ми... Ма­ма, по­со­ве­то­вав­шись с от­цом, на­ча­ли ис­кать та­тар по го­ро­ду. И наш­ли хад­жи Аг­ры­за, он ока­зал­ся из Пер­ми. Они вст­ре­ти­лись с боль­шой ра­достью и на­ча­ли ис­кать та­тар для то­го, что­бы отк­рыть шко­лу. Пос­те­пен­но наш­ли че­ты­ре семьи. Вна­ча­ле хо­ди­ли пять уче­ни­ков... Учи­ли Кур­бан­га­ли, ма­ма (Сай­ма Ка­сим)... по­том при­со­е­ди­ни­лась Ра­би­га апа, до это­го она пре­по­да­ва­ла в гим­на­зии в Хар­би­не... Пос­те­пен­но... ус­лы­шав о шко­ле... со всех сто­рон на­ча­ли со­би­рать­ся та­та­ры и де­ти уже не вме­ща­лись в ком­на­ту... Уси­ли­я­ми об­щи­ны (та­тар) бы­ло соб­ра­но мно­го де­нег и пост­ро­е­на шко­ла»[10] .

Из протокола допроса арестованной Девлет Кильди Рукии. 26.09.1945г.

Я, оперуполномочен. УКР СМЕРШ Забфронта  мл. л-т Болотов допросил задержанную Девлет Кильди Рукия..

Вопрос. Что включалось в программу обучения детей в руководимых Вами школах?

Ответ.  В программу обучения детей были включены предметы: религия мусульман, родной и японский  языки, история прошлого татарского народа и арифметика[18].

   Из юбилейного альбома, посвященного открытию медресе «Исламия» в городе Токио: «…в 1927 году во время празднования Курбан-байрама между участниками махалли состоялся разговор о необходимости открытия национальной религиозной школы. По этому поводу было обращение имама Абдельхай хазрата Курбангали к властям Японии. В тот же год, 2-го  октября  1927 года  с разрешения властей открылась  школа  (г. Токио, Окубо-Хиакунинто, 279)  и  началось  обучение  по программе начальной школы, по религиозной и национальной тематике»[1].

школа

Здание школы «Исламият». Токио.

Двухэтажное здание школы было построено в 1927-1930 гг. Обучение велось по программам  начальной и средней школ. В начале обучалось 13 учеников (2 класс – 8 учеников, 3 класс – 1 ученик, 6 класс – 4 ученика). В школе велось преподавание на татарском, башкирском,  русском, японском, английском языках. 5 декабря 1937 года после выполнения требований Императорского закона Японии «Об образовании» медресе «Исламия»  включается  в реестр государственных школ Японии и  пользуется всеми правами, предоставленными государственным школам.

Из пи­сем гос­по­жи Сай­мы Ка­сим (То­кио. 12.10.73): «...я как пти­ца, за­те­ряв­ша­я­ся в да­ле­ких ст­ра­нах... мои,  дочь и зять, он хо­ро­ший че­ло­век, ко мне за­бот­ли­вы. Де­ти, вы­рос­шие в Япо­нии от при­ро­ды мяг­кие, они да­же ни­ког­да не (скан­да­лят). До вой­ны мы хо­ро­шо жи­ли... Я ра­бо­та­ла пре­по­да­ва­те­лем, муж тор­го­вал в Ко­рее. В нес­коль­ких го­ро­дах у нас бы­ли ма­га­зи­ны одеж­ды. Он ез­дил пос­то­ян­но. Де­ти кон­чи­ли шко­лу. Та­мим­дар окон­чил 4 клас­са. По­том все ос­та­ви­ли и пе­ре­е­ха­ли в Ко­рею. Там жи­ли 9 лет. По­том вер­ну­лись в Япо­нию»[10].

Мы можем отметить, что  «история мусульманской эмиграции не только на Дальнем Востоке, но и в Европе, до недавнего времени была практически неизвестной»[24]. Парадокс в том,  что история зарубежной эмиграции  мусульманских инородцев из России, в том числе и на Д. Востоке,  вызывая интерес исследователей к этой малоизученной теме  в Японии, Ю.Корее, Саудовской Аравии, активно исследуемая в Турции, можно утверждать, была практически неизвестна в Российской Федерации, т.к.  «тенденция умалчивания…деятельности значительных массивов татарской эмиграции за рубежом сохранялась до самого последнего времени» [5].

Лишь с распадом  СССР и демократическими преобразованиями в РФ, возникли возможности позволившие начать на региональном уровне  независимые  исследования  по истории национальной (татарской и башкирской) мусульманской  эмиграции в странах  Д.Востока, которые  в России фактически до настоящего времени не предпринимались [20].

Надо отметить – говоря о наших соотечественниках, проживающих в Японии в течение последних 100 лет, что в разных странах они указываются по-разному. Так,  например,  d-r М.Dyundar  пишет об истории  тюрков Идель - Урала  в Японии [7]; d-r S.Samarrai  указывает на «мусульман  из России [13],  г-н  A. Uzunoglu  - указывая на М.А.Курбангали - описывает историю деятельности  казанских тюрков (kazan turklari) в Японии [14];  d-r Hee Soо Lee  изучает  историю  «казанских и тюркских мусульман» в Корее [15], а d-r Nadir Devlet  сообщает о тюрко-татарах (татаро-башкирах)  махалли «Исламия» и культурного общества «Идель Урал», тюрко-татарских религиозных и национальных общественных организациях на Д.Востоке и Японии [16];

В Татарстане и Башкортостане  РФ исследуются  тюрко-татарская  политическая  эмиграция [5]; татаро-башкирская эмиграция[1]; «татаро-башкирская диаспора мусульманской  ветви  российской эмиграции [24], мусульманская эмиграция из России, мусульманская эмигрантская колония (община), мусульмане тюрко-татары, мусульманские колонии тюрко-татар, татары и башкиры[23].

Понятен интерес  и к тому, а кем считали  и считают себя сами эмигранты?  Так, например, М.А.Курбангали подписывал документы  как представитель башкир (в 1920г. [8]  и председатель союза мусульман Японии, мударис и имам мечети Токио (в 1936г.) [12] , в обращении к министру Иностранных Дел Японии  он пишет о  «стремленiи тюркскихъ народовъ въ целяхъ образованiя  крепкой связи между магометанскими народами и Японiей» [8].  Официально признанный японцами как  мусульманский путешественник  из российских татар[15] Абдулрашид Ибрагим кади в 1920-30-х годах пишет о себе «я татарский мусульманин»  и  «о мусульманах России».  Тамимдар хаджи, лидер тюркской (тюрко-мусульманской) общины Токио, уже  в наши дни  сообщает о себе -   «ваш  брат по крови и вере» и пишет в документах  « о соотечественниках и  братьях по Исламу» [2].  

 Сайма Касим  в своих  письмах  определенно упоминает  мусульман.

Считается, что «окончательный термин в определении эмиграции тюркоязычных народов на Дальнем Востоке пока  не установился» 1[20].

На мой вопрос вице-президенту Исламского центра Японии, лидеру тюркской общины Токио г-ну Т.Мухиту -   почему  татары и башкиры отделились от русской эмиграции также и «за пределами России»  - был дан прямой и откровенный ответ: «Во время гражданской войны осенью 1919 года  был диалог между лидерами белого движения и представителями мусульман – обсуждалась политическая перспектива после победы над большевиками. Мусульмане хотели получить автономию в Поволжье, но лидеры белого движения сочли это в принципе невозможным, имея  в виду   «единую  и  неделимую Россию»2 [21], хотя и было заявлено, что нас уважают как соратников в борьбе с общим врагом».

Благодаря любезному содействию председателя тюркской  мусульманской общины Токио  г-на Т.Мухита, его рекомендациям, нам  был передан ряд источников по истории наших соотечественников на Д. Востоке, с правом распоряжаться ими по собственному усмотрению. В связи с этим, в частности,  мы можем сослаться на труды доктора Hee - Soo Lee (Джамиль Ибрагим Ильхан) в Ю. Корее, д-ра М.Dyundar и г-на А.Uzunoglu из города Анкара в Республике Турция,  д - ра  S.Samarrai  из университета им. Короля Абдул Азиза (Саудовская Аравия). Во время одной из поездок в Японию  по приглашению руководства  тюркской общины города Токио, в ходе  беседы с  Президентом Исламского центра Японии доктором С.Самарраи был затронут вопрос изучения истории мусульман, проживающих на японских островах. 

Помню, как, по словам моего собеседника, его изумление – когда в процессе изучения различных источников мой собеседник - неожиданно для себя выяснил, что первыми мусульманами, история которых уходит в начало 20в., на японских островах  были мусульмане  из России.  

Имеются также факты, говорил он, что татарские миссионеры посещали Японские острова еще в 1906 году и принимали участие в работе всемирного конфессионального конгресса. Профессор С.Самарраи считает, что Махмут Мухлис Руси (из России) [13] являлся одним их первых исламских миссионеров в этих краях.    

В 1972 году, во время посещения шейха Абдулазиза  ал - Рифаи в городе Эр-Риаде, произошла встреча д-ра С.Самарраи с известным в Саудовской Аравии коллекционером редких книг, который сообщил ему о том, что у него имеется  книга «Путешествие в Японию»,  Ахмеда Джарджави  и опубликованная в Египте в 1907 году. В тексте упоминается  религиозная конференция в Токио  1906 года, во время которой автор знакомится с учеными  из разных стран, в том числе и из России.

 

Деятельность тюрко - татарских  типографий  на Дальнем Востоке.

Мусульмане из России для того, чтобы  « информировать, друг друга и, чтобы их  голос был услышан во всем мире, вступили в издательскую деятельность»[7], основав  в нескольких городах Китая типографии с использованием техники каменного пресса. [13].

Известно о наличии типографий в городах Харбин, Мукден. Стараниями  ‘Ahun Giniatulla Seli Ahmed, Hussain Gabdus, R.Rahmeti  Arat’ [7]  издавались газеты (Йорак шарк, Байрам нуры, Мин йул масчиты, Чаткы), учебники (Татар алифбасы, Уку китабы, Хисаб китабы), стихи и сочинения Габдуллы  Тукая.  В типографии  города Мукден выпускалась газета «Милли Байрак », учебники Тюрк-татар тарихы, Мавлюд китабы, Татар алифбасы, Уку китабы 1-2, Зекат – хас масалараре, Хисаб дареслеге.  Типографией руководили  ‘Rukiye Devlet-Kildi, Ibrahim  Devlet-Kildi, Mansur Arslanbek’ [7].

Башлангыч мәктәбе өчен аваз метод буенча  дөрес әйтелеше (сөйләу) татар әлифба. нәширә: Кореядәге торычу мөсельманнарның Киҗү мәркәзе динни вә милли идәрәсе. 1936. Басылган урыны:  Токия Исламия мәтбугәтендә.

титульный лист

Титульный лист тюрко-татарской азбуки.

В 1928  году   в молодой  Турецкой Республике  [7 ] переходят  от арабской на латинскую графику. Множество  типографских шрифтов не имея применения выкидываются. Воспользовавшись этим, наши соотечественники привозят в Японию два мешка типографских шрифтов с арабской графикой. Эти шрифты  находятся в сохранившемся здании школы  “Исламият” в Токио и в наши дни.  Вначале работал один М.А.Курбангали – по происхождению башир [25]. Собеседники рассказывали мне, как он зимой, замерзшими пальцами вручную, работая целыми ночами до утра, набирал тексты Корана и стихи великого Тукая.

  С постройкой здания школы “Исламият”  в 1931г.  “при поддержке высоких  должностных лиц и чиновников” [7] основали  типографию “Матбугаи Исламия”, расположившейся на первом ее  этаже. Книги, печатаемые здесь, расходились по всему исламскому миру. Благодаря усилиям М.А.Курбангали  сумели выпуститить  целый ряд учебников для медресе “Исламия”, книги религиозного характера, литературные произведения, рассылаемые в 33 страны. С 1930 по 1942гг. из изданных 39 книг были  – 19 религиозного характера, 8 – литературного, 1 – по музыке, 4 – учебники по грамматике,  7 -  различного содержания [7]. До наших дней сохранились учебники, по которым обучались дети эмигрантов. В частности,  фонетическая азбука, написанная в Корее и  напечатанная по заказу мусульманской общины  Кижу в типографии  «Матбугаи Исламия» в Токио, с вступительным словом   М.А.Курбангали

Примечания:

1.Стр.55. Мнение д-ра Л.Р.Усмановой: «Более того, нам кажется курьезным тот факт, что первые работы о значении и роли тюрко-татарской диаспоры в Японии и Северо-Восточной Азии (в частности, ее влияние на развитие турко-японских, исламско-японских связей, влияние на развитие японского национализма), появившиеся на английском языке, принадлежат турецким исследователям, а не российским (татарским или башкирским)». [20].

2. Стр.55. 10(23)апр.1919г.  Из Декларации Добровольческой армии. Официальное сообщение председателя особого совещания при главнокомандующем вооруженными силами на юге России. Главное командование … обратилось к представительствам союзных держав …со след. Декларацией: «Прошу довести до сведения Вашего правительства о том, какие цели преследует командование… в вооруженной борьбе с советской властью …: п.2. Восстановление могущественной единой и неделимой России» [21].

Источники

1. Адутов Р.М. Татаро-башкирская эмиграция в Японии. Набережные Челны. 2001. 154c.

2. Адутов Р.М. Ст. Тюрко-татарская эмиграция на Востоке. Сборник по материалам конференции «Глобализация и национальная самобытность». Казань. 2003.

3. Адутов Р.М. Ст. Тюрко-татарская эмиграция на Дальнем Востоке. Вестник НГПИ. Сборник научных трудов. Выпуск 3. гор. Наб. Челны. 2004.

4.  Адутов Р.М. Япониядәге кардәшләребез. Ж. Майдан. Набережные Челны. Август, 2001.

5. Гайнетдинов Р.Б. Тюрко-татарская политическая эмиграция: начало 20века – 30-е годы. Набережные Челны. 1997.

6. Гайнетдинов Р.Б. Информация Квантунского жандармского управления о современном состоянии тюрко-татарского национального движения на Дальнем Востоке.23.03.1935. Ж. Эхо веков. № 1-2. Казань. 1999.

7. Dyundar M. Uzak doguda Idil-Ural tyurklernin yayain faaliyetleri ve Tokyo Mahalle-Islamiye Мatbaasi. Ankara. 2003. 116.

8. Курбангали М.А. Обращение к министру Иностранных дел Японии. Обращение к министру народного просвещения Японии. Мукден. 12 сентября 1922г.

9. Таган Г. Башкиры в Забайкалье.  Ж. Ватандаш. № 7-8. Уфа. 1997.

10. Письма татарских и башкирских эмигрантов. 1973-2003гг.

11. Р.Салихов. Исторические мечети Казани.- Казань: Татар. Кн. Изд-во, 2005.- 191с.

12. М.А.Курбангали. Фонетическая татарская  и башкирская азбука. Токио. 1936.

13. Prof.Dr. S. Samarrai. History and  Development of Dava Islamia in Japan.  Islamic Center Japan, Tokio, 12/2002.

14. Uzunoglu Ahmet. Tokio Camii. Ankara. 2003. -78c.

15. Hee – Soo Lee. Osmanli Japon munasebetleri ve Japonyada Islamiyet. Turkiye

Dianet vakfi yainlari. Ankara. 1989.151 bit.  (В переводе И. Х. Закирова).

16. Надир  Дәүлөт. Ерак көнчыгыштагы татар – башкортларга ни булды. Издательство Казанского университета. Казань. 2005. 99с.

17. Гали Аккыш. Милләткә багышланган гомер. Татарстан Фәннар Академиясе. Казан.2005. 115с.

18. Рокыя Дәүләткилде. Бер татар хатынының ачы язмышы.  Издательство Казанского университета. Казань. 2005. 109 с.

19. Усманова Л.Р. Ст. Махалля “Исламия” в гор.Нагоя (Япония). Вестник НГПИ. Сборник научных трудов. Выпуск 5. гор. Наб. Челны. 2006

20. Усманова Л.Р. Тюрко-татарская эмиграция в Юго-Восточной Азии в начале 20в. Ж. Эхо веков. №1. Казань.2005.

21. Юлдашбаев Б.Х. Национально-государственное устройство Башкортостана (1917-1925гг.). Введение. Т.2, ч.1. Уфа. Китап. 2002.- 680С.: а) стр.55. док. №17; б) стр.59. док.№19.

22. Юнусова А.Б. Ислам в Башкортостане. Уфа. 1999.-352с.

23. Второй Всемирный курултай башкир. Документальные материалы. Стенографический отчет. – Уфа: Китап, 2002.-840 с. Выступление профессора Юнусовой А.Б. стр. 687.

24. Юнусова А.Б. Ст. Японская военная разведка и мусульманская эмиграция на Дальнем Востоке накануне и в годы второй мировой войны. Археография Южного Урала. Документальная история подвигов народов России в Великой Отечественной войне. ЦЭИ УНЦ РАН. Уфа. 2005.

25. Akira Matsunaga. Ayaz Ishaki ve uzak shergdeki tatar turkleri. Baki.2002.104 bit.

Статья предоставлена автором для публикации в ХРОНОСе. Адрес первоначальной публикации - http://hrono.ru/statii/2007/adutov_jap.html

Этнос: